<<< Чёрно-белые дни: 20 (http://kreslav.livejournal.com/846480.html).
<<< Чёрно-белые дни: 30 (http://kreslav.livejournal.com/849656.html).
<<< Чёрно-белые дни: 40 (http://kreslav.livejournal.com/851347.html).
<<< Чёрно-белые дни: 50 (http://kreslav.livejournal.com/853874.html).
<<< Чёрно-белые дни: 60 (http://kreslav.livejournal.com/855479.html).
<<< Чёрно-белые дни: 70 (http://kreslav.livejournal.com/856266.html).
80
Город, Нижний уровень, 10:12am
Невозможность сделать то, что хочется, ввергает в уныние миллионы людей, которые настолько боятся друг друга, что не разрешают друг другу ничего делать. Им за это стыдно и они злятся за это друг на друга.
Недоверие – это защита, но нельзя же всю свою жизнь просидеть в обороне. Отбросить страх очень трудно, но другого выхода нет, потому что если выжидать и продолжать бояться, то всё самое плохое, всё то, от чего ты спрятался за глухими стенами правил, придет к тебе, и будет приходить снова и снова.
Бояться можно ещё десять лет, а потом ещё двадцать, и ещё сорок, но результат этого страха всегда будет один и тот же – нереализованность. С появлением виртуального пространства можно перестать бояться и начать жить. С появлением Сети можно проявлять себя как угодно, более того, любое бездействие будет подвергать сомнению само существовании объекта.
Большинство людей живут в схожих условиях – они смотрят одни и те же фильмы, носят одинаковую одежду, слушают одну и ту же музыку и общаются между собой в единой сети. Ландшафт и климат потеряли свое главенствующее значение в жизни высокоразвитых приматов. Пещерный период Homo Sapiens заканчивается, животный страх перестает быть эффективной системой обороны.
Людей, осознавших это и даже более того, отринув страх перед неизвестным, принявших это, становится всё больше и больше. День ото дня, час от часа. Каждую секунду рождаются новые существа; они войдут в этот чистый, незамутненный страхом мир, и, может быть, именно ты понесёшь их знамя, ибо останутся люди, которые боятся, вначале – неизвестного, потом – очевидного.
Это рождение новых людей с единым способом мышления, едиными целями и едиными условиями существования. Испуганное животное Homo Sapiens осталось сидеть в своей норе, а на простор Земли выходит Homo Advanced, Homo Metasapiens. Свобода – это несдержанное, активное взаимодействие со средой, по правилам и воле индивидуума. В отличие от традиционных государственных структур они более мобильны и способны к настоящей интеграции и взаимному доверию.
Гениальные одиночки, разрозненно прозябающие, до сих пор, на разных широтах нашей планеты, сегодня уже в сети. Не имеет смысла не обращать внимания на то, что происходит вокруг тебя, или обманывать себя чьими-либо оправданиями. Люди, владеющие информацией и умеющие применять её на практике, уже дали миллионам людей жить комфортно. Человеку, владеющему информацией, прощается многое, другими словами, он сам себе это позволяет. Всём остальным остается лишь смиренно ждать его даров.
Free your mind, please.
***
Я открываю глаза – судя по часам, сейчас завтрашнее утро. То есть, уже сегодняшнее. Голова немного побаливает в том месте, где сверло толщиной с человеческий волос просверливало мне череп, а лазер выжигал ненужные участки черепной поверхности, освобождая место под чип и наружный блок – а в целом, ничего страшного. Спина у основания позвоночника, куда мне врастили нейропроцессор, яростно чесалась – процессор усиленно работал. Рука была аккуратно заштопана.
Двери одноместной – само собой – палаты разошлись, пропуская ко мне хирурга.
– Как сэбе чуствуэшь, дарагой?
– Хорошо.
– Значит так… щито я должен сказать пэрэд тэстом и тваим уходом. «Буст» и прочие биотоксины запирищино принимать, панимаш, Шайтан их дери? А то убьёшь себе висе нервы, висю жизнь на нейростимуляторы работать будиш. Вообще, лучше пад наркатой нэ бэгать, панимаш, да?
– Ясно. – я кивнул, чего уж неясного; хотя меня немного и поламывало без «буста», но в целом абститенция проходила значительно легче после той военной херни, которую в меня вкатил взломщик.
Выслушав мои заверения и ни черта не поверив, врач продолжил. – Вот тэбэ дэка, наружный блок, демо-софты, кабель. – Сокол положил на одеяло пластиковый пакет. – Мине выйти, нэт?
– Я верю вам на слово, док. Протестирую в другом месте.
Хирург сразу всё понял: моя дека засвечена. Ему явно было не привыкать к подобным посетителям.
***
Дешёвый «номер» на шестнадцатом этаже «отеля» – а, если быть точным, то просто гроб 4х2 и полтора метра в высоту, прилепленный к высокому шпилю, внутри которого идут лифтовые и кабельные шахты. Места достаточно лишь для того, чтобы развернуться или читать лёжа; общий сортир — шестью этажами ниже. Ничего лишнего. Название у отеля в высшей степени претенциозное — «Новая роза».
– Вот оно, вот оно. – срывающимся голосом почти кричал я, присоединяя к виску коробок голубоватого металла – по голове поползло какое-то холодящее чувство – как будто лёд.
Сажусь на маты, включаю деку, присоединяю демо-софты, соединяю деку в блоком – в мозг словно колят невидимые иголочки, но скоро это ощущение проходит. Остался последний штрих в этой картине – войти в сеть.
В первые моменты я застываю, ошеломленный. Везде, где хватает моего взгляда – прочем, слова «взгляд» и «хватае» здесь совершенно неупотребимы – простирается сеть. А я – простилаюсь в ней, везде. Я вижу потоки данных, перемещающихся между серверами, вижу и деки рядовых пользователей; я знаю, что достаточно написать нужный софт, и я смогу видеть и перехватывать сигналы сотовых телефонов. Я загружаю всё демо-софты сразу, и тут же чувствую, как меня словно прижимает неведомо откуда взявшаяся сила тяжести – нет, не пойдет! И я тут же стремительно взмываю в небо. Начинаю загружать в деку информацию – любую, первую попавшуюся открытую… 1Гб в секунду… 5… 9… 10… нет предела моей скорости, софты работают в том же режиме, я совершенно не теряю темп. Краем сознания я понимаю, что сейчас моё тело изгибается в неведомом доселе экстазе, а на губах застыла блаженство… Это то самое.
Ни с того ни с сего, я вспоминаю про вчерашнее происшествие на Техноложке. «Ищем чёрное перо» – говорю я сам себе, и сеть послушно разворачивается передо мной, как дорога. И я иду по ней, моментально отметая в стороны ненужные упоминания о предмете моего интереса. «Ага, вот оно!» – я вижу то, что мне надо. Конечно, информация, содержащаяся в полицейских архивах, только для служебного пользования, но я обхожу их защиту и без софтов.
«Черные коты» – тайный боевой орден индейцев племени сиу (??? да она такая же индианка, как я – эскимос!)… Цели и задачи неясны, но основная масса их жертв принадлежала к высшим политическим и исследовательским кругам, ответственным за различные эксперименты с погодными установками. На теле жертвы или рядом часто можно увидеть чёрное орлиное перо (оп-па...).
Мне приходят два письма. Одно – от япошек, второе от неизвестного адресата, причем, я даже знаю, от какого. Япошки напоминают, что этой ночью неплохо было бы выполнить заказ.
Танец-с-призраками сказала мне встретиться с тобой.
Если всё то, что она говорит мне, верно, тогда ты сам найдешь меня.
Кира.
ПС. Не нажимай RESET. ;)
Как она смогла выследить мою деку?! Теоретически это нереально… значит, она следила за мной всю дорогу до клиники? И что ей надо? С ворохом подобных мыслей я спустился на лифте вниз. Теперь, я стараюсь прижиматься поближе к домам, чтобы взгляд какого-нибудь ДПС-ника или сотрудника корпоративной полиции не выцепил меня. Хотя, корпы – это ещё неплохо, их хотя бы можно выделить среди окружающих граждан. Гораздо хуже будет, если АТСС решит нанять якудза… хотя, если это так, то почему они до сих пор не убили меня? Может быть, я всё-таки не засветил идентификатор? Или они ждут, что я буду делать дальше? Они же не могут знать наверняка, что информация у меня…
Выходя из отеля, я не мог не отметить с одной стороны — непривычную тишину, а с другой — не настолько уж привычные пулемётные очереди где-то со стороны Парка Победы, если мне не изменил слух.
— Что там такое? — спросил я у первого попавшегося постового, нервно жующего никотиновую жвачку и так вцепившегося в свой автомат, словно сейчас прямо сюда может нагрянуть банда фриков.
— Спецоперация; проходи давай, куда шёл. — бросил через плечо постовой.
Ну, спец так спец, операция так операция — какая мне разница, что там происходит? Главное, чтобы это «что-то» не зацепило меня, так что совет мента подходил мне как нельзя лучше. Впрочем, стайка проституток, кучковавшуюся у ворот во дворы, имела другое мнение: понятное дело, клиенты даже во время близкой перестрелки желают кого-нибудь отыметь. Наверняка есть какие-нибудь извращенцы, которых возбуждает стрельба над ухом.
— Привет, девочки! — я заметил пару знакомых лиц (да-да, на лица я иногда обращаю внимание).
— Иди давай. — невежливо отозвалась она.
— Тихо, это же Рейзор. — обворожительно улыбнулась одна из них — пухленькая шатенка с небольшой, но чертовски приятной на ощупь грудью. — Он свой парень.
Конечно, я был «свой»: всегда угощал вином или стимами, да и поесть после всегда приятнее в компании. Да и вообще относился к проституткам по-человечески: они же не киберы, в конце-то концов, а живые люди со своими заморочками, проблемами и чувствами.
— Жанна, солнце моё, что здесь творится?
— Рейз, ты правда лучше иди: на двенадцатой магистрали засели фрики с цивилами, а на штурм бросили два взвода ментов. — я выпучил глаза от удивления. — Мы сами уже скоро в «Приют» пойдём, Жан пустит пересидеть.
— Ладно, тогда ещё увидимся. — я чмокнул в щёку Жанну, помахал рукой остальным и пошёл дворами.
Для начала я зашёл в «Последний приют». На большой «плазме» вживую транслировался концерт Xe-NONE. Жан-Поль, увидев меня, изобразил на лице всю сложную гамму обуревавших его чувств.
– Жан, ты и вправду думаешь, что это я всех замочил? – сходу спросил я.
– Ты мог бы это сделать только теоретически. Но мне хотелось бы знать подробности.
– Тебе нужны подробности? – я медленно, но верно заводился. – А подробности в том, что у твоего взломщика взорвалась голова вместе с его декой, когда он потрошил инфу! Одному из его ручных дебилов тоже, наверное, голову оторвало, или что-то ещё, а второй, видимо, сильно обиделся и выпустил в меня не меньше килограмма свинца!
Бармен и бровью не повел – уж что-что, а скрывать свои эмоции он умел. В отличие от меня. Видимо, всё дело в наркотиках или моём образе жизни.
– Ему выжгло мозги изнутри, Жан. Чёрный лёд. Там был долбаный Чёрный Лёд, понимаешь? – видя, что мой слушатель погружен в какие-то свои мысли, я совсем разошелся. – Блядь, да меня вчера чуть десять раз не убили, меня преследовал киберпсих со своей пушкой, он меня ранил, потом какая-то девка с ножом убивает его и исчезает… это не считая того, что я прибил железо явно не «менеджера»!
– Девка с ножом? – казалось, именно эти слова вывели Жана из раздумий.
– Да, блядь, с охуенным ножом! Она ему одним движением голову почти отрезала! – видя, что люди вокруг меня как-то прислушиваются – видимо, Slave On Line нео-готов их их не очень занимало по сравнению с моими новостями, – я стал говорить потише. – И она оставила там чёрное перо.
Упоминание о моноклинке в сочетание с чёрным пером, казалось, нажали внутри бармена какую-то потайную пружину, потому что он тут же вышел из-за стойки и поволок меня в свою комнатушку; моё сопротивление было проигнорировано, так что мне оставалось только быстрее передвигать ногами.
– Что ты знаешь о «Чёрных котах»? Какого хрена сиу делают в Новгородском Анклаве?
– Я смотрю, ты время даром не терял. – Жан помрачнел. – Раз уж всё так пошло, придётся тебе рассказать кое-что о твоем отце.
Я был удивлен. Конечно, я знал, что Жан был близким другом отца, что они вместе были в полумифическом уже Сопротивлении – но не более того, так как он покинул семью, когда мне было всёго четыре года.
– Он оказался тесно связан с сиу во время своей… миссии в Северной Америке. – начал бармен, но я его перебил.
– Скажи уж точнее – во время терракта. Я прав?
– Не совсем. Террактом он был для этих зажравшихся пидарасов из корпораций. Я бы сказал, это была… очередная спецоперация. Resistance. Он должен был заложить ранцевый водородный заряд в установку HAARP – слышал про такую? – конечно, я слышал об «Арфе» – ионосферном плазменном оружии, позволяющем, помимо прочего, влиять на погоду. – Так вот, его интересы и интересы sioux столкнулись прямо на установке. Чертов индеец тоже притащил ранцевую бомбу. Самое смешное, что он был единственным индейцем… сейчас sioux скорее какой-то орден, а не племя, как раньше. Во общем, установить бомбы не удалось, но твой отец, рискуя жизнью, спас этого sioux, чем заслужил большую их благодарность. Позже он работал на них, пока не погиб.
– И как это связано со мной? И что значит «танец-с-призраками»?
Жан с сожалением покачал головой:
– Не знаю, Рейз. Но, если «Чёрные коты» вышли на тебя не с целью убить, можешь им доверять. Это всё, что я могу тебе сказать. Считай это приветом с того света.
– Ладно, – я встал, – Нечего мне засиживаться. Есть ещё работа, да и инфу надо будет колоть.
— Не пригласишь никого из своих знакомых?
— Не знаю... Если дело пустяковое, то и сам справлюсь, а если серьёзное — тот тут спецы посерьёзнее нужны, своих не хочу впутывать.
– Ты действительно собрался работать с засвеченной деки?
– Стопудово, Жан! – рассмеявшись, я продемонстрировал ему гнездо кибершунта. – AMD Seraphim, десять гигабит в секунду! – Бармен только покачал головой. – У меня нет иного выбора. Да, кстати, – я обернуся на лестнице, – Распространи слух, как ты умеешь, что некому бегуну нужен самый лучший взломщик. И очень срочно.
Поднявшись наверх, я немного успокоился, увидев Жанну и её компанию, хихикающей за столиком с какими-то байкерами.
— Зайдёшь на моё выступление?
— Конечно, Жан, как я могу пропустить?
— Я тебе скину сообщение заранее.
Я помахал проститутке рукой и, получив в ответ воздушный поцелуй, вышел.
<<< Чёрно-белые дни: Глоссарий (http://kreslav.livejournal.com/854908.html).
